Мы используем файлы cookie, чтобы обеспечить оптимальное взаимодействие с пользователем и функциональность веб-сайта.
Принимая использование файлов cookie, вы заявляете, что соглашаетесь на использование файлов cookie в соответствии с нашей Правила защиты персональных данных
Управлять

Евгений Козлов: Длительное пребывание в нулевой точке означает еще больше угроз в будущем

25.03.2021

Благодаря доступной финансовой поддержке и встречным шагам со стороны деловых партнеров большинство предпринимателей еще в состоянии выживать, однако длительное пребывание в нулевой точке означает, что в будущем ожидаются еще более серьезные угрозы. Член правления "Baltika Latvija", дочернего предприятия розничной компании модной одежды "Baltika Group", Евгений Козлов охарактеризовал ситуацию, в которой сейчас находятся магазины одежды в Латвии и то, как выглядит их будущее.

Существует поддержка для неработающих сотрудников, но люди не хотят сидеть без работы

Если предприятие работало честно и платило все налоги, то сейчас оно получает финансовую поддержку в виде выплаченной работникам зарплаты. Зарплаты в виде пособия по простою государство полностью выплачивает всем работникам, они чувствуют себя обеспеченными, к тому же сейчас есть еще и разовые пособия на детей, а также ежемесячные детские пособия. Люди просто сидят дома, учатся вместе с детьми. Наверняка существует значительная часть работников, которые не хотят работать, но есть и те, кто очень переживает за свою работу, понимая, что ситуация не меняется, и именно неведение пугает больше всего. Есть и те, кто раньше, возможно, не очень хотели работать, ведь работа продавца динамичная и физически тяжелая, но сейчас и они думают о том, как сохранить работу?

Надо громко говорить о том, что многие работы можно выполнять из дома, однако продавцы делать свою работу дома не могут. Вопрос – как долго можно находиться дома в бездействии и что в это время происходит с психоэмоциональным состоянием человека? Работа продавца также требует знаний, и представитель сферы торговли должен уметь разговаривать с людьми, создавать контакты – практически ничего из этого невозможно сделать из дома. Могу смело сказать, что в апреле/мае, когда это наконец будет разрешено, работники, вернувшись на работу, не будут помнить практически ничего. Придется чуть ли не с нуля вкладывать средства в профессиональные навыки. Нам также придется инвестировать в работников, вновь обучать, показывать, чтобы они знали, что и как делать. Когда откроются магазины, это будет уже не прежняя работа – реальность будет совершенно иной. И это дополнительная нагрузка на работников, ведь пребывание дома без работы слишком затянулось, чтобы вообще понять, как с этим работать. Говоря о потенциальной возможности работы, когда клиентов будут принимать по предварительной записи, работникам надо будет уметь организовать это, но такого опыта нет – сейчас нам запрещено это делать.

Поддержка помогает предприятиям выживать, но не жить

Если говорить о том, как сейчас идут дела у предприятий, то могу признаться, что благодаря имеющемуся инструменту поддержки можно выжить, но не больше. Мы ничего не зарабатываем, находимся на нулевой позиции и получаем грант на оборотные средства для оплаты счетов и своих финансовых обязательств. В действительности благодаря полученной поддержке нам удается все оплатить только потому, что деловые партнеры готовы предоставить определенные скидки и пойти навстречу, иначе гранта на оборотные средства было бы недостаточно для покрытия всех финансовых обязательств. Конечно, у нас есть еще и тот плюс, что мы являемся дочерней компаний – в нынешней ситуации это огромная поддержка для местного предприятия.

Вопрос в том, как долго предприятиям придется оставаться на паузе. Такое положение не является успешным спасением, и это значит, что более серьезные угрозы предстоят в будущем. Когда откроются магазины, работники вернутся на работу и в соответствии с законом мы обеспечим им работу по крайней мере на месяц, а что произойдет дальше? Понятно, что нам придется сократить количество магазинов, часть работников со временем все равно потеряет работу, каждое предприятие будет искать возможности для выживания и возвращения потерянной прибыли. Работа будет не у всех – это совершенно ясно, – из-за чего часть работников, особенно более старшего возраста, будет переживать, понимаю, что найти новую будет трудно. Конечно, есть и такие случаи, когда работники боятся возвращаться в рабочую среду, потому что торговые центры сейчас позиционируются как место особого риска. 

Нераспроданные сезонные товары отправляют в работающие магазины бренда за границей

Мы закончили работать в декабре, когда в магазинах была зимняя коллекция, были актуальны толстые пуховики и шерстяные шарфы. Нам повезло, что эстонские магазины все это время работали, вплоть до 11 марта, в то время как здесь мы были закрыты, – это помогло распродать зимние товары у соседей, таким образом обеспечив закупку весенне-летней коллекции. Конечно, мы используем поддержку для оборотных средств, чтобы покрыть финансовые обязательства перед всеми партнерами, но денег недостаточно, чтобы покрыть затраты на актуальные коллекции и дальше инвестировать в создание новой коллекции. Надо понимать, что магазин одежды, который был закрыт в середине декабря, нельзя открыть весной и продолжать торговать зимними пальто и шарфами. Сейчас еще труднее, потому что магазины закрылись и в Эстонии, это значит, что на паузе находится бизнес всей компании. Единственная надежда на прогресс торговли в интернете, которая в нашем случае осуществляется централизованно через Эстонию, таким образом не обеспечивает доходы латвийскому предприятию.

Многие виды товаров купить в интернете люди практически не могут

Легко говорить, что сейчас торговля на 100% возможна в интернете, и мы можем продолжать работать, но в реальности все не так. Люди не покупают удаленно одежду классического покроя, не видя, как она будет выглядеть в жизни или не зная точного размера, ведь здесь речь не идет об одежде свободного стиля, которую легко купить и без примерки и для которой важнее стиль, а не крой. Такую одежду, которая не требует точного размера, конечно, покупают, но надо понимать, что существует ряд видов одежды, которую почти невозможно купить или продать в интернете – например, костюм, мужской пиджак, комбинезон, брюки классического покрой. Понятно, что существует гарантия на товары и, если что-то не нравится или не подходит, то это можно обменять, но этот процесс требует времени – вложения средств, времени на доставку, отправку обратно. В результате интернет-магазин перегружен, клиентам неделями приходится ожидать деньги, и я верю, что существует часть общества, которая этого не может себе позволить именно по этим причинам.

Разрешение торговать одеждой в продовольственных магазинах способствует нечестной конкуренции

Обязательно надо говорить и о том, что единственное место, где сейчас можно очно купить одежду, – это продовольственные супермаркеты. Но чем наш магазин одежды хуже, если он расположен на 100 метров дальше? Клиенты не могут пойти ни налево, ни направо, они привязаны к продуктовому магазину. А что делать, если что-то надо купить срочно, и это не может ждать, например, если порвались брюки, а новые просто невозможно купить? По-моему, это определенно нечестная конкуренция, не имеющая никакого логического обоснования. В продуктовых магазинах можно купить совершенно все, это приводит к очередям и ограничению количества людей, и в то же время, чтобы не образовывалось скопление людей в одном месте, клиенты не могут пойти в расположенный рядом магазин, в котором в этот момент, возможно, никого нет.

Торговые центры преподносятся как большая угроза

Сейчас сложилась весьма странная ситуация – торговые центры пытаются представить как угрозу, где особенно небезопасно, которые способствуют скоплению людей и служат только местом развлечения и т.д. Я тоже понимаю, что в тот момент, когда откроются магазины, люди пойдут в них, но лишь потому, что накопились потребности. Многим действительно что-то надо купить, и они придут не потому, что им делать нечего. Мы можем убрать скамейки, отключить wi-fi в торговом центре, чтобы он действительно не был местом развлечений, но что произойдет дальше, если обществу все время будут втолковывать, что это небезопасное место, что там плохо, что магазины на улице безопаснее? Скорее всего, образуется группа людей, которая всю жизнь будет продолжать думать, что торговые центры – самое небезопасное место в мире, и решат не ходить туда. Подобные случаи у нас уже имели место и с работниками.

Нам следует признать, что магазины одежды и торговые центры в целом намного безопаснее, чем маленькие магазины с тесным контактом между продавцом и покупателем, потому что там просто меньше площадь. Торговые центры в состоянии вкладывать средства в меры безопасности и обеспечить регулярный обмен свежего воздуха, большое количество охранников и электронный учет посетителей, чтобы было безопасно, в отличие от маленьких магазинов и мест, в которых собирается значительно больше людей.

Нельзя сохранить товар до следующего сезона 

Нередко общество не понимает до конца наши затраты, если не распродана сезонная коллекция. Людям кажется – чего уж там, продадите эти пальто следующей зимой. Так можно было бы поступить с одеждой, которая годится всегда, например, со штанами, однотонными т-майками и другими простыми основными предметами гардероба, но большинство предметов одежды учитывают тенденции, соответствующие сезону и коллекции. Мы не можем костюм в цветочек или платье с сезонным принтом продавать сколь угодно долго, ведь этот товар не подходит для следующего сезона. Сейчас уже закуплена почти вся весенне-летняя коллекция – мы вложили деньги, надеясь, что хотя бы в какой-то момент откроемся, но сейчас опять встает вопрос, что со всем этим делать?

При этом надо понимать также, что за товаром, который находится в магазине, стоят и люди, которые создают, шьют, готовят эту коллекцию для магазина – ведь швея тоже человек, который ждет платы за свою работу, которой нельзя сказать: сшитое тобой пальто не купили, оставим его на следующий год, тогда и выплатим зарплату. Сюда же относятся закупщики товаров и тканей; это дизайнеры и создатели коллекций, планировщики, это масштабная логистика и т.д.

Надо искать творческие формы работы

Сейчас приходится чуть ли не придумывать особо творческие способы, чтобы оборудовать выход из магазина на улицу, чтобы можно было продолжить работу, услышав о следующем возможном сценарии, когда преимущество открыться быстрее может быть предоставлено уличным магазинам. Коллеги в Литве также начинают серьезно говорить об этом, чтобы можно было не опасаться угрозы “будет или не будет, что примут или не примут”. Чем мы хуже и каким образом это является честной конкуренцией? Считаю, что при таком сценарии нам надо будет срочно проделать отверстие в стене магазина “Monton” и сделать выход на улицу, потому что в нашем случае возле центрального входа расположен магазин “Douglas”, а наш магазин находится на 50 метров дальше, поэтому мы не сможем пользоваться этим входом. Неужели нам действительно надо будет строить собственные входы для продолжения работы? Это же абсурд!

 

Объединение брендов создало еще больше вызовов

Конечно, в нашем случае большим вызовом и риском для бизнеса стало также объединение брендов “Monton” и “Ivo Nikkolo”. В этом сезоне нам было очень важно показать покупателям, как это выглядит и в каком направлении будет развиваться новый бренд, но такой возможности не было, потому что в переходный период магазины были закрыты. Сейчас клиенты не понимают, что в действительности происходит с обоими магазинами, потому что у нас не было возможности разъяснить это на практике. Сейчас нам непонятно, смогут ли клиенты понять концепцию нового бренда в тот момент, когда магазины откроются. В Эстонии этот переход произошел намного легче – магазины были открыты, начался новый сезон, люди видели актуальную коллекцию, поняли, как все это формируется и как объединились оба бренда. В Эстонии у нас также была возможность открыть один совершенно новый тестовый магазин, а здесь мы все еще застряли на уровне планов, а не их реализации.

Если время работы торгового центра продлевается, то работать дольше следовало бы всем

Продление времени работы торгового центра “Spice” произошло уже в декабре. Однако многие другие арендаторы решили не работать дольше и открывали магазины только в стандартное время работы. Это привело к тому, что были клиенты, которые, узнав о продлении времени работы, приходили около десяти часов вечера и испытывали разочарование, потому что на самом деле большинство магазинов было закрыто. Считаю, что в будущем, при организации продления времени работы, это следовало бы делать для всех арендаторов в принудительном порядке, чтобы не возникали ситуации, когда покупатели приходят в замешательство, оказываются введенными в заблуждение и испытывают разочарование. В результате мы не видим отдачи от такого подхода, потому что не можем привлечь клиентов в полупустом коридоре рядом с магазинами, которые закрыты.

О кампании “#gribustrādāt: 

Поскольку многие предприятия из-за длительных ограничений серьезно обеспокоены своими возможностями выживания и эмоциональным и финансовым состоянием работников, создана кампания поддержки “#gribustrādāt”. В ходе кампании арендаторы ТЦ “Spice” и их работники делятся историями своего опыта, рассказывают о том, как они стараются выдержать простой и ограничения, которые не всегда кажутся одинаковыми для всех. Кампания призывает лиц, принимающих решения, прислушаться к мнению предприятий торговли, а также обсудить предложения по безопасному открытию торговых центров